Колька и Наташа

Леонид Конторович
Часть 1
Глава 12

Поход за топорами и пилами

     Стоял сухой морозный день. На сером небе изредка выглядывало солнце - большой,тусклый, негреющий шар.
     Колька и Наташа с самого утра отправились в поход за пилами и топорами. Давали инструмент охотно. Санки быстро тяжелели.
     Теперь они стояли у мрачного кирпичного дома на одной из боковых улиц. Открыть железную калитку ни Колька, ни Наташа не рискнули. Через щель они видели здоровенную, с теленка ростом, собаку. Коричневая, лохматая, с налитыми кровью глазами, она явно готова была растерзать любого осмелившегося войти во двор. Почуяв посторонних, она притаилась и не спускала глаз с калитки.
      Ребята в раздумье стояли около нагруженных пилами и топорами санок, переминались с ноги на ногу и не знали, как им поступить...

      Это был пятнадцатый по счету дом. Везде их встречали приветливо и охотно помогали. Одна женщина, говорливая, с добрым рябым лицом, не только отдала им топор (пилы у нее не оказалось), но, надев старое пальто и накинув платок, вместе с ребятами побежала к соседям.
      Но у этого двухэтажного дома с высоким каменным забором она остановилась:
      - Сюда, милые мои, заходить нечего. Зимой снегу тут не выпросишь. Живут здесь люди, вроде солидные, а нелюдимы. Встретишь их, скажешь "здрасте", а они этак головой наклонят - "до свиданья, мол". Ничего они не дадут.
      - Но почему? Неужели у них топора или пилы нет, тетя Дуня? - спросил Колька.
      - Не захотят же они быть хуже других, - сказала Наташа.
      - "Хуже", "лучше"... Все у них есть. А только не помогут они. Ни-ни. Видите, как от мира отгородились, - указала она на каменную ограду.
      Колька посоветовался с Наташей, и они решили добиться своего. Женщина покачала головой.
      - Помните, ребятишки, зря лезете. И пес не пустолай. Попадешь к нему - в клочья порвет.

А хозяева? Сами ни к кому не ходят в гости и к себе не зовут. Никогда, как добрые люди, вечером не посидят у ворот на скамеечке, не посудачат. Конечно, они люди не простые, ученые, - закончила тетя Дуня, - а все же гордые, себя только и признают... Смотрите! - И ушла.
      Тогда Колька, искоса посмотрев на Наташу, нажал на скобу. Массивная калитка со скрежетом открылась.
      Молча, крупными прыжками, почти к самому входу подлетела собака. Она завертелась на цепи, поднимая снежный вихрь. Казалось, вот-вот сорвется и набросится на ребят! Ее молчание страшило больше злобного лая. Колька невольно прихлопнул калитку и отскочил. Мурашки пробежали у него по спине.
      Бледная и растерянная, наблюдала за всем Наташа. С минуту ребята прислушивались к звону цепи и злобному поскуливанию.
      Колька поправил буденовку и посмотрел на окна дома. Все, кроме одного, были закрыты ставнями: ни малейших признаков жизни. Колька как бы про себя промолвил:
      - А у нее одно ухо разорвано, левое-то.
      - Давай уйдем, пожалуйста, - тихо попросила Наташа, - обойдемся без них
      Изредка мимо них проходили люди. Они с недоумением посматривали на мальчика в поношенной шинели и девочку, закутанную в старый шерстяной платок.
      - Не надо туда, пойдем, пойдем дальше, - тянула Наташа.
      Колька, не слушая ее, ковырял носком сапога снег.
      - Все собаки без уха злые, - убеждала она Кольку. - Слышал, что говорила тетя Дуня? И пес не лает, совсем не лает. Это необыкновенная собака, Коля, да? Растерзает она нас!
      Колька поднял голову.
      - "Безухая", "не лает". Ну, и что ж? Что же нам так и уходить ни с чем? Один, другой дом пропустим... Взрослые много соберут, а мы что? Вызвались перед дядей Андреем, а тут струсили. Все это враки, что безухие злее, чем с ушами. Поняла? Враки!
      Его серые глаза смотрели строго.
      - Нет, Наташа, мы не можем уйти ни с чем.
      Девочка зябко поежилась.
      - Оставайся у санок, подожди меня, я скоро!
      Наташа кинулась к нему, загородив калитку.
      - А если это волк?
      Но испуг девочки придал Кольке еще больше решимости.
      - Ну и пусть!
      - Хорошо, тогда и я с тобой!
      - Нет, стереги инструмент. Ты хочешь, чтобы у нас разворовали чужие пилы и топоры?
      Он осторожно отстранил Наташу, толкнул калитку и шагнул во двор.

      Собака молча метнулась к нему. Колька отскочил в сторону. Но пес, щелкнув зубами, вцепился в полу шинели. Колька вырвался.
       Неудача привела собаку в бешенство. Она с остервенением рвалась к мальчику. Чувствуя, что жертва уходит от нее, по-волчьи завыла... Колька метнулся к каменному крыльцу.
       Первая тяжелая дверь оказалась незапертой. Дрожащей рукой мальчик приоткрыл вторую. Длинный, полутемный, без окон, с затхлым запахом коридор.
       Впереди - прямая деревянная лестница, ведущая на второй этаж.
       Озлобленный вой пса напоминал, что назад нет пути.
       Его удивляло, что на вой собаки никто из жильцов не вышел.
Но раздумывать было некогда. Колька осторожно направился к лестнице.
       Глаза постепенно свыкались с полумраком. Вдоль левой стены коридора стояли два больших сундука. На них в беспорядке были навалены свернутый трубкой ковер, безногое кресло, плетеная качалка без спинки.
       С правой стороны - две двери. Пока Колька размышлял, в какую постучать, ближайшая к нему приоткрылась, и оттуда выглянула старуха. Колька от неожиданности попятился к лестнице.
       - Ты как к нам попал? - дребезжащим голосом спросила женщина. - Что тебе надо?
       - Топор, - машинально сказал Колька.
       Старуха охнула.
        - Топор? Что ты зубы заговариваешь. Сейчас же вон отсюда, чтобы духу твоего не было, пока я кочергу не взяла. Вон!
        Неожиданно послышался мягкий женский голос:
        - Чей это вы дух изгоняете, Елена Николаевна?
На лестничной площадке с ленивой небрежностью облокотилась на перила черноволосая, невысокого роста, полная женщина, одетая в вязаную кофту и темную юбку.
        - Тетенька, - сказал Колька, - я по делу, я с мандатом.
        - С мандатом? - в спокойных глазах женщины на мгновение блеснуло любопытство и сразу же погасло. Что еще за новости? Поднимись-ка наверх, живо!
        Идя к ней, Колька торопливо говорил:
        - Я за топорами, за пилами, а не воровать... Мы не из таких. Зря она кричит.
        Старуха зачастила:
        - Вы только послушайте, Валентина Федоровна, этот фрукт заливается, сказки сочиняет. Ты что, думаешь, умнее нас? Ох и народ пошел, избави бог. Без стыда и совести. Так и зырят, так и вынюхивают! Тьфу! Вытурить его - и весь сказ.
        - Успокойтесь, Елена Николаевна! - не сводя с Кольки глаз, проговорила Валентина Федоровна. - Идите к себе, а мы с Дмитрием Федоровичем разберемся: подрастающий ли это рыцарь с большой дороги или обычный мальчик. Пойдем, - поманила она Кольку.

продолжение следует