К основному контенту

"Переоденем" книжку в новый переплет


Любителям книги полезно научиться переплетному делу. Техника его довольно проста. Инструменты: иголка с ниткой, острый нож, линейка (желательно металлическая), клей, клейстер, бечевка  и кисточка.

Последовательность процессов при переплетении книги показана на рисунке:


Прежде всего нужно разделить книгу на отдельные тетрадки и осторожно, не нарушая целости листов в корешке, очистить их от старого клея. 

Затем, нарезав из тонкой бумаги полоски шириной 1,5 - 2 см, наклеить их клейстером на все поврежденные места и дать подсохнуть.

После этого следует проверить правильность расположения страниц по их нумерации и плотно уложить лист к листу в сгибе, т.е. в корешке тетрадок.

После этого книгу зажимают между двумя дощечками (п. 1 на рисунке) и острым ножом, а еще лучше пилой-ножовкой, делают три надреза на корешках сложенных тетрадок. Подпиливать надо слегка, не более чем на половину толщины средней бечевки, так чтобы от пропила образовалась дырочка на внутренних листах тетрадок.

Обычно книгу укрепляют на трех бечевках. Поэтому и прорезают три бороздки, одну – в середине, другую – у начала верхнего и третью – у начала нижнего поля (см. рисунок).

Затем надо нарезать куски пеньковой бечевки длиной 6 - 8 см каждый (в 3 - 5 раз длиннее толщины книги) и приготовить средней толщины иголку с льняной или толстой (№ 10) катушечной белой ниткой длиной около метра.

Когда все это сделано, книгу развязывают, кладут на стол справа от себя, корешком в правую сторону. Взяв первую сверху тетрадь (это будет последняя тетрадь книги), разгибают ее и, держа корешком вверх, продевают иголку с ниткой снаружи внутрь тетради, на расстоянии 1,5 - 2 см, к наружной от первого справа пропила, оставляя снаружи свободный кончик нитки длиной 5 - 6 см. Дальше иголка идет изнутри наружу, в первый пропил для бечевки, огибает бечевку и через тот же пропил возвращается внутрь тетради.

Так же поступают со второй, потом с третьей бечевкой.

Наконец иголка выходит наружу на 1,5 - 2 см левее крайнего прореза противоположного конца корешка. Нитку берут теперь за оба конца и натягивают, а бечевки выправляют поперек корешка. При этом концы бечевок, к которым будут пришиваться последующие тетрадки книги, надо сделать длиннее.

Точно так же прошивают вторую тетрадку, только в обратном направлении, затем третью и т.д. Прошив вторую тетрадь, нитку связывают со свободным концом нитки первой тетради.

В дальнейшем прихватывают каждую последующую тетрадь, проводя иглу вокруг нитки предыдущей тетради. После того как книга сшита, бечевки отрезают, оставив сверху и снизу концы по 3 - 4 см (п. 2 на рисунке).

Бечевку можно заменить прочной, но не толстой тесьмой шириной 1 - 1,5 см. Последовательность сшивки сохраняется та же, но пропилов делать не надо.

Теперь из чистой плотной бумаги надо сделать два форзаца, т.е. два двойных листа бумаги. Один из них прикрепляется к переднему листу, а другой - к завершающему листу клеем, который наносится кисточкой узкой полоской. 

Затем следует взять концы бечевок, которыми скреплена книга, растрепать их и, туго натянув, приклеить к внешним сторонам форзаца (п. 3 на рисунке).

После этого корешок снова зажимают между двумя дощечками, смазывают жидким столярным клеем, втирая его кистью так, чтобы он слегка проник между тетрадями, и дают просохнуть под грузом.

Затем книгу нужно обрезать. Для этого раскрывают первую тетрадь и, отступив на равное расстояние от текста, вверху и внизу продольного поля делают проколы так, чтобы они были видны на форзаце. 

Потом, положив книгу на кусок толстого картона, кладут на эти два прокола линейку и острым ножом, держа его вертикально, обрезают передний продольный край книги. Нужно стараться резать ровно, водя ножом легко сверху вниз.

Когда передний край обрезан, проклеенный корешок протирают слегка влажной тряпкой или бумагой, чтобы он немного размяк. 

Затем, легко поколачивая по корешку последовательно с обеих сторон молотком (желательно деревянной колотушкой), придают корешку полукруглую форму (п. 4 на рисунке). 

После этого по угольнику обрезают верхнюю и нижнюю стороны книги, проводя ножом от корешка к полю.

Когда книга обрезана, вырезают по угольнику два куска картона с таким расчетом, чтобы они были равны ширине книги, а сверху и снизу превышали ее высоту на 3 - 5 мм, и прикрепляют их к форзацу, смазав его узкой полоской клея в том месте, где форзац прилегает к корешку.

Затем надо наклеить корешок. Он делается из полоски кожи, коленкора или ледерина, шириной, превышающей на 6 - 8 см толщину книги и на 3 - 4 см ее длину. Корешок намазывают с изнанки столярным клеем, подклеивают на его середину так называемый "отстав", т.е. полоску плотной бумаги, равную по длине подготовленным для переплета картонкам, а по ширине – такую же, как и толщина книги, плюс толщина двух кусков картона (п. 5 на рисунке). 

Затем "отстав" плотно накладывают на корешок, смазывают клеем остальную часть и концы корешка (кроме "отстава) хорошо натягивают на крышки переплета. Верхний и нижний концы ткани подгибают под корешок книги (п. 6 на рисунке) и наклеивают на внутренние стороны картона. 

После этого костяной пластинкой проводят бороздки вдоль картона, покрытого корешком так, чтобы ледерин вдавился.

При желании, кусочками ледерина или коленкора обклеивают также и уголки переплета. 

Вдоль корешка по ткани, по линии картона проводят бороздки. Это позволит затем легко открывать книгу. 

Верхнюю и нижнюю картонки переплета обклеивают красивой прочной бумаглй, загибая ее края на обратную сторону картона (п. 7 на рисунке). Внешние стороны форзацев приклеивают к внутренним сторонам переплета так, чтобы закрыть неровности концов корешка и обклеечной бумаги (п. 8 на рисунке). 

Когда все это сделано, книгу кладут на полчаса-час под пресс для просушки, и переплет закончен.

* * *


Комментарии

Популярные сообщения

Иосиф Дик. Рассказ для детей "Красные яблоки". 1970

...что такое - хорошо, и что такое - плохо?.. (Владимир Маяковский) Валерка и Севка сидели на подоконнике и закатывались от смеха. Под ними, на противоположной стороне улицы, происходило прямо цирковое представление. По тротуару шагали люди, и вдруг, дойдя до белого, будто лакированного асфальта, они становились похожими на годовалых детей - начинали балансировать руками и мелко-мелко семенить ногами. И вдруг...  хлоп один!  Хлоп другой!  Хлоп третий! Это было очень смешно смотреть, как прохожие падали на лед, а потом на четвереньках выбирались на более надежное место. А вокруг них валялись и батоны хлеба, и бутылки с молоком, и консервные банки, выпавшие из авосек. К упавшим прохожим тут же подбегали незнакомые граждане. Они помогали им встать на ноги и отряхнуться. И это тоже было очень смешно, потому что один дяденька помог какой-то тете встать, а потом сам поскользнулся и снова сбил ее с ног. - А давай так, - вдруг предложил Валерка, - будем загадывать: е...

Первый русский баснописец. В простоте он истину искал

Иван Иванович Хемницер (1745-1784)  Есть в истории русской словесности имена довольно тихие, довольно скромные. И вспоминают их нечасто, и сами они как бы прячутся в тени великих имен. Но заслуги их перед отечеством и литературой не обесцениваются, не тускнеют. И потому мы счастливы помянуть искренним, сердечным словом творца русской басни Ивана Ивановича Хемницера (1745-1784), открывшего широкую дорогу преемнику своему Крылову. Белинский , не склонный к похвалам писателей екатерининского времени, назвал Хемницера "первым баснописцем русским". Надо сказать, что на русской почве басня привилась и имела успех не случайно. С незапамятных времен ходили в народе побасенки и притчи, душа тянулась к острому слову, меткому выражению и сравнению. Еще Сумароков   использовал в своих произведениях народные интонации, простонародную речь, пословицы, поговорки – краски национальной поэзии. Но если Сумароков не выходил за рамки классицизма, относил басню к "низкому штилю", то Х...

Андре Моруа. "Об оптимизме"

 Андре Моруа "Из "Писем к Незнакомке" Об оптимизме                  "...Любить достойных людей,.. избегать злых, пользоваться добром,                      переносить  плохое и верить..."      Вы упрекаете меня в оптимизме. Я действительно оптимист. Вы правы. Я склонен думать, что "все образуется". "Если бы ты падал в бездну, - говорил во время войны один из моих однополчан, - ты уповал бы на то, что дно ее устлано мягкой тканью и, вплоть до самого удара был бы сравнительно спокоен". Преувеличение, конечно!.. И тем не менее:     1. Я не считаю, что жизнь совсем плоха. Я далек от этого. Я отказываюсь считать "ужасным№ человеческое существование. Оно действительно странное, мы летим на вращающемся комочке грязи в бесконечность, сами не знаем зачем, и мы, бесспорно, умрем. Таково фактическое положение вещей и следует его принимать мужественно. Проблема заклю...

Яркое индийское солнце в советской парфюмерии

В 1955 году в СССР приехал Джавахарлал Неру. Впоследствии, при Индире Ганди, отношения между нашими странами стали очень дружественными. Это отразилось не только на внешней политике, но и на жизни обычных людей. В самом начале 1970-х в Москве открылся магазин индийских товаров "Ганг". Его роль в истории советской бытовой культуры и моды очень велика. Те москвичи и приезжие, которые не имели доступа к валютным магазинам – а таких было большинство, – могли, постояв четыре-пять часов в очереди, купить джинсы, одежду из хлопка и шелка с очень красивым, зачастую вручную набитым узором или вышивкой. Под стеклом витрин лежали самые настоящие рукотворные шали из Кашмира, бусы из полудрагоценных камней – аквамарина, граната, опала, сердолика. Этот заморский рай имел особенный запах, источавшийся натуральными текстильными красителями, резными ширмами и шкатулками из гималайского кедра, ароматическими палочками. В атмосфере восточной сказки, среди переливающихся орнаментов со знаменитым...