А. М. Горький
Письмо А. М. Горького обнаружено в архиве управления КГБ по Свердловской области. Это стало возможным благодаря кропотливой работе сотрудников управления по реабилитации невинно осужденных... в 30-40 годы двадцатого столетия.
Среди нескольких тысяч дел, подготовленных к реабилитации, оказалось дело священника Режевской церкви Петра Павловича Ладыжникова. Он был арестован 26 августа 1937 года и обвинен в том, что "...являлся участником контрреволюционной организации церковников на Урале и систематически вел контрреволюционную пропаганду против политики партии и Советской власти, высказывал контрреволюционные намерения". Более конкретных обвинений в деле не было.
Свердловские чекисты внимательно изучили нетолстую папку документов, последним из которых было постановление Тройки при УНКВД Свердловской области от 13 октября 1937 года: Ладыжников приговорен к заключению в исправительно-трудовом лагере сроком на 10 лет. Из протокола допроса видно, что Петр Павлович категорически отрицал свою причастность к "повстанческой организации церковников" и показания епископа Петра Савельева, якобы вовлекшего в контрреволюционную деятельность в числе многих и режевского священника.
Священник в Реж не вернулся, его след затерялся в Сиблаге НКВД. В соответствии с Указом Президиума Верховного Совета СССР от 16 января 1989 года "О дополнительных мерах по восстановлению справедливости в отношении жертв репрессий, имевших место в период 30-40-х и начала 50-х годов". П. П. Ладыжников по делу 1937 года реабилитирован полностью.
...вернемся к письму А. М. Горького. Как попало оно в дело Ладыжникова? Ниточка поиска повела в год 1920-й. Выяснилось, что в том году священник села Красноярское Камышловского уезда Петр Павлович Ладыжников был арестован Екатеринбургской губчека за то, что годом раньше он в селе Ключевском Шадринского уезда проклинал с амвона Советскую власть, приветствовал приход белых войск и даже вступил в их боевую дружину, прогоняя мужиков с отданных им помещичьих земель; с отступавшими белыми ушел в Сибирь и вернулся в другой уезд, подальше от прежних мест. С высоты сегодняшних оценок мы понимаем, что священник действовал по законам своего класса. Но у молодой власти рабочих и крестьян были свои законы, и даже сегодня мы должны признать, что по ним П. П. Ладыжников был арестован и осужден справедливо. Вот только приговор и по тем временам казался жестоким: бессрочное заключение. Тогда и вступился за отца Петра известный писатель М. Горький.
Ах, как хотелось бы нам в духе современного политического детектива написать, что вмешательство знаменитого писателя спасло провинциального священника. Но жизнь, как всегда, оказалась и сложней, и проще литературы. Еще до того, как письмо М. Горького добралось до Урала, дело П. П. Ладыжникова было пересмотрено, срок заключения сокращен до минимального - до двух лет, считая со дня осуждения. Через год отец Петр был на свободе, принял церковь в Реже.
Но и такой поворот событий нисколько не умаляет цену благородного поступка писателя. Мы знаем, что А. М. Горький в первые годы Советской власти не раз ходатайствовал за конкретных людей, доходя до В. И. Ленина, добиваясь освобождения или смягчения наказания.
Откуда же ему стало известна судьба камышловского священника? Объяснение просто: младший брат П. П. Ладыжникова Иван Павлович был при царе в политической эмиграции, жил за границей вместе с А. М. Горьким. (К слову, существует версия, что В. И. Ленин познакомился с Горьким на квартире И. П. Ладыжникова.) Видимо, Иван Павлович и попросил писателя вступиться за брата.
В 1937 году И. П. Ладыжников был членом комиссии по творческому наследию М. Горького. А брат жены священника И. И. Косов, член партии с дореволюционным стажем, в Москве руководил заводом.
...А неизвестному ранее автографу М. Горького, конечно же, должно быть место в музее писателя.
Владимир Киеня, юрист
Сергей Михалев, журналист
г. Свердловск
Комментарии
Отправить комментарий