Колька и Наташа

Леонид Конторович
Часть III
Глава 2

Экспедиция

 
   Подростки встретились на углу.
   - Слушай, - трясясь от гнева, сказал Каланча. - Если еще раз подведешь, по-настоящему всыпем.
   На этом с опозданием Минора было покончено. Ребята торопились наверстать упущенное время. Они не обращали внимания на военные патрули и на голодную, зло гудящую очередь за хлебом.
   Вот и Заречье. К берегам Кутума, опустив паруса, причаливали рыбачьи суденышки с уловом. Кое-кто из ловцов, поблескивая на солнце коричневым от загара телом, возился на грязной набережной, устанавливая торговые палатки.
   Над стоявшими на приколе баржами вились дымки.
   Низко над водой кружили чайки.
   Подростки вышли к заброшенному складу городского сада. Тут было много всякой всячины: полусгнившие ящики, обручи от бочек, горы бутылочного стекла.
   Но путешественников интересовали доски, из которых был сделан забор.
   - Ишь, уже растаскали, - недовольно заметил Каланча, доставая из мешка, который он нес, ломик и топор.
   Колька взял топор и велел Наташе и Генке сбегать на угол:
   - Поглядите - нет ли опасности.
   Наташа и Генка умчались выполнять распоряжение. Каланча торопил:
   - Тут надо единым духом, народ может подойти.
   Старый забор туго подавался усилиям подростков, трещал, визжал гвоздями, скрипел.
   - Смотри, какой неподатливый, - отбивая ломиком доску, сердился Вася. Натужившись, он отодрал, наконец, ее. Подбежавший Генка схватил оторванную доску, отнес ее в сторону и бросил. Послышался тонкий треск - рубашка была разорвана гвоздем. Генка оцепенел: "Будет теперь дома баня".
   По улице, прихрамывая, шла какая-то женщина. Еще издали охрипшим голосом закричала:
   - Чего хулиганите, а вот я вас сейчас!
   Откуда-то из-под ворот выскочили дворняжки.
   - Кончаем, - торопливо скомандовал Колька. Друзья, схватив несколько досок, помчались к ближайшему проходному двору.
   Женщина продолжала кричать. Со двора никто не выходил, но собачья стая угрожающе росла. Увлеченные погоней, дворняги наседали на удиравших. Рыжий шустрый пес, едва не цапнул за ногу отставшего Генку.
   - Музыканты, я бросаю доски!
   - Не смей! - крикнула Наташа, сама в душе умирая от страха. Она поглядела на Каланчу. Он бежал молча, упрямо прижимая к боку доску. "Чем же я хуже него? Пусть уж лучше искусают ноги, но доски я не оставлю", - решила она.
   До проходного двора было еще порядочно.
 Генка остановился:
   - Я больше не могу!
   - Минор! - пригрозил Колька. - Беги, я задержу женщину.
   Бросив свою доску, Колька ринулся ей навстречу.
   "Что он делает? - испуганно подумала Наташа. - Она его схватит".
   Колька подскочил к женщине. Он хотел ей объяснить, что они ничего худого не сделали, но та вцепилась в него.
   - Стойте, стойте, - подошел к ним пожилой рабочий. Женщина бранилась, но рабочий оборвал ее.
   - Погодите. Сынок, тебе зачем доски?
   - Надо!
   - На дело?
   - Да.
   - Отпустите его! Забор давно уже гниет!
   Женщина нехотя отступилась.
   - Тикай, - хитровато улыбнулся в усы рабочий, - тикай хорошее дело робить.
(продолжение следует)