Колька и Наташа

Леонид Конторович
Часть 3
Глава 7

Необычный путь

 
   Они сидели в тени забора, рядом с заводскими воротами, на двух заржавленных якорях. Никому не хотелось говорить Генка, правда, пытался развеселить товарищей, но его шутки гасли в воздухе. Каланча с тупым равнодушием рассматривал свои грязные босые ноги.
   Апатия охватила всех.
   Душно. Высоко в небе палило солнце. Горячими лучами жгло изнывающую от жары землю. В небе - ни одного облачка.
   Колька уныло озирался вокруг. Как пройти на завод, дать о себе знать мастеру?
   Рядом с ними стояла телега с большой железной цистерной. Пара тощих коней отбивалась хвостами от назойливых мух. Старик-возчик кончиком кнутовища почесывал затылок, задумчиво изучал свой груз и не знал, как избавиться от него: сбросить или добиваться въезда на завод. "Тоже мучается", - подумал о нем Колька. Но вот старик хлестнул лошадей и, сказав: "собака - два нога", направился в бюро пропусков. "А что если и мне?" - подумал Колька, и ноги уже понесли его вслед за возчиком.
   - Попробую еще раз, - деланно безразличным тоном заявил он друзьям.
   - Иди, иди, - поддержала Наташа.
   Через минуту, когда Колька появился в дверях, все поняли по его виду: опять неудача.    ...Меньше всех стремился на завод Каланча, но увидев совершенно расстроенных ребят, он захотел что-то сделать.
    Засунув руки в карманы, Каланча походкой человека, которому делать нечего и терять нечего, направился к цистерне. Обошел ее, осмотрел. Зачем-то даже постучал пальцем и приложил ухо к стенке: "Гудит! Пустая!"
   И вдруг глаза Каланчи загорелись. Он посмотрел влево, вправо - у заводских ворот никого не было. Оценив обстановку, Вася, к удивлению товарищей, прыгнул на телегу, отодвинул крышку широкой горловины цистерны и заглянул внутрь. Осмотр его удовлетворил. Каланча прищелкнул пальцами и, подмигнув ничего не понимавшим друзьям, объявил:
   - Мозговать, сычи, треба! А ну-ка, - поманил он Кольку, - сигай ко мне.

 

   Колька нехотя подошел. Вася присел на телеге и, склонившись к другу, зашептал:
   - Залазь-ка и смотри в дыру!
   Колька послушался, но, кроме грязной, покрытой ржавой пеленой воды, на дне ничего интересного не увидел.
   - Не соображаешь? Эх, ты! Ну спрячемся в этой гробине и тра-та-та. Фьють туда. Скумекал?
   - Да извозчика самого не пускают.
   - Пустят! Мужик дошлый. Скорее, а то сховаться не успеем.
   ...И через минуту, воспользовавшись тем, что у ворот по0прежнему никого не было, компания, будто играя, забралась в цистерну.
   Каланча прикрыл крышку. Их окружила темнота. Стены были скользкими. Под ногами - скверно пахнущая вода. Но ничего этого ребята не замечали. Все были захвачены необычайностью обстановки. Наташа сказала:
   - Как громко у меня стучит сердце.
   Генка нервно рассмеялся:
   - А если поймают?
   - Помалкивай. Поймают, всыпят, - цикнул на него Каланча.
   Больше не разговаривали, прислушивались. При каждом подозрительнои звуке вздрагивали. Минуты неизвестности длились долго и тревожно. О появлении возчика узнали по сухим щелчкам кнута о голенища. Любитель задавать вопросы оставался верен себе.
   - Заждались? - начал он свой разговор с лошадьми. - А я что - не намаялся, собака - два нога? Да ведь всему бывает конец. То-то же! Теперича, заберемся наверх и божьей помощью - айда, соколики!
   Генка заерзал.
   - Лезет, музыканты, лезет. А вдруг крышку поднимет?
   - Молчи, - прошептал Каланча.
   Возчик прикрикнул на "соколиков", и телега, вздрогнув, тронулась, но проехав небольшое расстояние, остановилась. От неожиданности Генка стукнулся лбом о стенку и тихонько охнул. Возчик и охранник заводских ворот разговаривали:
   - Цистерна у тебя пустая?
   - А то со шпиртом?
   - Отвечай делом!
   - А мы разве не делом!
   - Пустая, спрашивают тебя?
   - Да с чем ей быть-то, собака - два нога?
   - Ладно, езжай!
   Повозка затряслась дальше. "Пассажиры" облегченно вздохнули.
   - Ну и дед! - восхитился Каланча.
   От толчков крышка чуточку отодвинулась, и Колька увидел кусочек синего неба.
   Послышался хрипловатый голос возчика:
   - Эй вы там, собака - два нога, вылазь, приехали!
   Телега остановилась.
   Ребята переглянулись.
   - Ну и дед! - снова восхитился Каланча.
   Один за другим они вылезли наружу, жмурясь от солнца и расправляя затекшие мускулы. Возчика уже не было - он ушел в контору.

   (продолжение следует)