Леонид Конторович
Часть 2
Глава 12
Тореадор, смелее в бой!
Во двор вошла группа бондарей и плотников.
- Эй, эй! – закричал один из них. – Ивановна, вылазь, подмога пришла! Где у тебя полы перестилать? А то как бы наши детишки в этой избе ноги не переломали.
Мария Ивановна выглянула в окно.
- Изба-то ничего, поднимайтесь на второй этаж, тут работенка найдется.
- На этаж, так на этаж, - ответил ей кто-то из рабочих, и они направились к лестнице.
Генка послушал этот разговор и поплелся к Наташе. Она выливала воду в бочку. «Все заняты, все работают. Мне не доверяют, - с горечью думал Генка. – А я не хочу быть последним. Как же сделать, чтобы ко мне изменили отношение?»
- Гена! – позвала его Ольга Александровна. – Помоги мне подклеить карту.
На столе, стоявшем во дворе, лежала старая карта Российской империи. Ольга Александровна склеивала ее.
- Только, пожалуйста, не дергай, а то Петербург окажется в Финляндии. Кстати, Гена, ты почему такой невеселый? Уж не поссорился ли с кем?
- Да не поссорился… Каланча налетел, что не такой раствор сделал.
- А ты не опускай руки. Не получается – переделывай, да если потребуется – не раз, а двадцать раз.
В эту минуту Наташа, выжимая намокший подол платья, крикнула:
- Что ты там разговорами занялся? Давай, налегай.
Генка подбежал к Наташе:
- Ладно. Только ты посиди, отдохни. Я сам.
Наташа не возражала. У нее побаливали от ведер руки: пока Генка вертелся у окна, она наносила пол бочки воды.
Заручившись ее согласием, Генка повеселел.
Сбросив с себя рубашку, он приступил к работе. Он хорошо запомнил, как Дмитрий Ермолаич делал раствор. Теперь он им покажет – Каланче и Кольке. Нечего задаваться. Он не хуже других.
- Тореадор, смелее в бой! Тореадор, тореадор…- напевал он, опрокидывая в колоду ведро то с песком, то с глиной, то с водой.
- Веселый ты, - сказала Наташа, - и смешной. Мне нравятся веселые, знаешь, они какие-то не злые. С ними легче. Только ты зря обидчивый.
Генка кивал ей головой и делал свое дело.
- Гляди не переборщи, - громко посоветовал высунувшийся из окна Колька.
Генка отмахнулся:
- Гляжу! – и стал орудовать с еще большим рвением.
- Честное слово, смешной ты, Генка, - усевшись на бочку и болтая ногами, продолжала Наташа, - то ленишься, то один за все берешься.
Во двор вбежал Борис.
- Привет, хлопче! Наташа, в бочку не свались, потонешь!
Наташа засмеялась:
- Не утону!
- Борька, - позвал его Колька, - слетай на реку, посмотри морды. Может, на уху наловили. А то как бы кто, понимаешь, не наведался.
- Уха? Я мигом, - Борька исчез со двора.
Раздался раздраженный голос Каланчи:
- Минор, тащи замес!
Генка заторопился. Наконец-то его позвали. Изогнувшись под тяжестью наполненного ведра, он заспешил в класс.
За ним шла Наташа.
- Нате, - гордо сказал Генка, - получайте!
Каланча недоверчиво подкинул лопаткой замес.
- Ничего, - процедил он в ответ на вопросительный взгляд Кольки, - бывает хуже.
Колька проверил пальцами раствор:
- Почему ничего? Придираешься, Каланча. Молодец, Минор!
- Я старался!
- Хвалила себя гречневая каша, - ответил Каланча, - иди на свое место, не мозоль глаза…
- Зачем ты так? – вступилась Наташа. – Минор очень старался.
- Да, я старался. И он не имеет права меня гнать. Мария Ивановна сказала: эта школа для всех ребят.
Каланча продолжал упорствовать:
- Не мешай, а то такого пару нагоню.
Тут уж и Колька не выдержал:
- Подожди, Каланча. Так нельзя. Чего Генка плохого сделал?
- Давай, Колька, кирпичи и не рассусоливай! – с досадой сказал Каланча.
- Не любишь ты, Вася, правду!
- Да перестаньте, наконец. Сегодня печь надо кончать, а вы только и делаете, что ссоритесь, - уговаривала Наташа.
Но Каланча совсем разозлился. Он закричал на весь двор:
- Давай, говорят, кирпичи! Довольно языком чесать!
- А ты не кричи. Я тебя не боюсь.
- Ах, так, - Каланча швырнул в угол мастерок, сорвал с себя фартук. – Все за Генку и за Генку. Да пропади все пропадом. Сами печь кончайте, - он бросился к выходу.
- Стоп, машина! – придержал его рукой выросший в дверях Глеб Костюченко.
Он загородил выход и, вытащив большой цветной платок, вытер лицо.
- Пропустите, - буркнул Каланча.
Но Костюченко лишь спросил:
- Чего не поделили, флотцы? А я-то вам хотел доверить одно ответственное дело.
- Какое? – с любопытством спросила Наташа.
- Пошли сгружать стекло. Оно у вас побудет пока. Доверяю.
- Зачем? Не уберегут, - подошла к ним Мария Ивановна. – Здравствуйте, Глеб Дмитриевич. К чему рисковать добром, где его сыщешь? Пусть несут наверх.
- Вперед! – подталкивал ребят к двери Колька.
- За стеклом! – кричала Наташа.
- Отставить! – призвал к порядку матрос, прекратив шумное изъявление радости. – А если подведете, что тогда?
- Мы, - заявил Колька, - не бойтесь, стекло сохраним, а если что случится, то тогда мы другое достанем, даю голову на отсечение. Вот так. Верно?
- Верно! – в едином порыве ответили друзья Кольки.
Костюченко притянул Кольку за белобрысый вихор.
- Хохолок-то у тебя, Коля, отрос знатный. Настоящий чуб, как у запорожца… Добро, флотцы, оставим у вас стекло. А головы мне ваши не нужны. Носите их сами на здоровье. Разрешаю. А теперь к подводе бе-гом арр-ш!
Едва поставили в угол ящик со стеклом, и Глеб похвалил ребят за отремонтированную печь, как во дворе раздалась задорная песенка:
Старый барабанщик, старый барабанщик,
Старый барабанщик крепко спал…
Все кинулись к окну и увидели важно шагающего Борьку с ведром.
Компания мигом окружила Бориса.
- Ура, ура! – радовалась Наташа. – Окуни!
- Тринадцать рыбок, - кричал Борис, - чертова дюжина, хлопче, и все ого-го – какие.
- Каланча! – позвал Колька. – Разводи костер. Будешь главным коком. Генка за водой, остальные за ножи, чистить станем.
- Ребята, а соль, а перец, а лавровый лист? – беспокоилась Наташа.
- Соль я принесу, - ответил Колька, - а остальное…
- Остальное, - отозвался Каланча, - остальное у теток на базаре одолжим.
- Это ты брось, - нахмурился Колька, - обойдемся, верно, ребята?
Все его поддержали, и Каланча пожал плечами: «Дело, мол, хозяйское».
Уха вышла на славу! К вечеру пришел Дмитрий Ермолаич. Он проверил работу, кое-что поправил, но остался доволен.
Мария Ивановна разрешила ребятам сбегать на речку искупаться.
- А мы еще и порыбачим, - предложил Колька, - может, еще на уху наловим.
- Неплохо бы, - одобрила Мария Ивановна. – А кто постережет стекла до прихода сторожа?
- Найдем, - ответил Колька.
Но никто не захотел остаться. К тому же Генка и Борис спешили домой. Бросили жребий, он выпал на Кольку. Колька приуныл. Без него Наташа тоже отказалась идти на Волгу.
И только Каланча не растерялся:
- Колька, - сказал он, - кто стекла возьмет? Мы за пару часиков обернемся. Айда.
- Идем, - поддержала его Наташа, - здесь же кругом люди.
Генка сказал:
- Я как дома освобожусь, забегу сюда и побуду, только вы побольше рыбы наловите.
- А не подведешь? – спросил Колька.
- Ты что, музыкант, сказано – сделано!
И Колька пошел. «Наловим рыбы, поужинаем. Ермолаича пригласим и Ольгу Александровну», - успокаивал он себя.
Если б он только знал…
(продолжение следует)
Комментарии
Отправить комментарий