К основному контенту

Колька и Наташа


  Леонид Конторович
Часть 2
Глава 9
 
Компас
 
    Из-за угла показался Владька. Каланча вмиг подскочил к нему, повалил, придавил к земле, щедро отпуская тумаки и приговаривая:
   - Будешь, сыч, пакостить – получай сполна!
   Владька извивался, стремясь ударить Каланчу побольнее.
   Генка прыгал вокруг дерущихся:
   - Дай ему, Каланча, дай!
   Наташа не отставала от Генки. Подлое поведение Владьки возмутило ее.
   - Проучи его, Вася, проучи! – кричала она.
   Колька не вмешивался. Справедливость требовала, чтобы Владька был наказан за свой поступок. Не сделай этого Каланча – Колька сам расправился бы с Владькой.

   Сыну владельца экипажей попало основательно. Пришло время вмешаться. Колька разнял сражающихся, в суматохе получив несколько случайных подзатыльников.
   - Проваливай, - выпрямившись, внушительно промолвил Каланча, рассматривая Владьку исподлобья. – В следующий раз я те не так намну ребра…
   Владька отбежал на безопасное расстояние и пригрозил кулаком:
   - Погодите, босячье, отец придет – он вам хребты наломает. Строители-грабители!
   - Ах ты! – крикнул Каланча, готовый броситься за ним, но Колька удержал его:
   - Подожди, не видал ли он, кто взял кирпичи?
   Колька, зная Владьку, понимал: не так легко будет выведать у него правду. Но Владька был жаден…
   Колькина рука в кармане сжала компас – подарок Андрея Ивановича, который тот ему сделал, уезжая вместе с войсками на Северный Кавказ. Компас – единственное богатство Кольки, предмет его гордости и острой зависти знакомых мальчишек. Жалко расставаться с ним. Лучше предложить пуговицы с орлами и молотками, блестящие и огненные, как солнце.
   Переговоры начались издалека, с подходом.
   - Владь, а Владь, - примиряющее сказал Колька, - хочешь, я тебе что-нибудь подарю…
   - А-а-а! Испугались отца, струсили, вот погодите…
   - Да нет же, - объяснил Колька и, вытащив пуговицы, осторожно подбросил их в ладони, - смотри, какие. Бери! Пятнадцать штук.
   Владька задумался. Он был убежден, что ребята испугались его угроз. Следовало это использовать, побольше содрать с них. Он заносчиво сказал:
   - Пятнадцать? Мало. Давай еще столько же.
   - Так за что же тебе тридцать? Ты что? – спросил Колька, удивляясь наглости Владьки.
   - Как будто не знаешь… Чтобы отцу не рассказывал, чтобы он вас не вздул.
   - Ну и жмот! – не выдержал Каланча.
   Переговоры едва не сорвались: пуговиц больше ни у кого не оказалось.
   Колька изменил тактику.
   - Будь по твоему, ты не горячись, дадим тебе тридцать пуговиц, подумаешь, только скажи, куда пропали кирпичи.
   - А тебе какое дело?
   - Да ведь мы в новой школе печь ремонтируем, а там, понимаешь, не хватает немного…
   От сердца у Владьки отлегло. А он-то испугался: подумал, ребята догадались, что они с отцом перетащили кирпичи к себе во двор.
   - Не знаю, кто взял, мало ли тут шатаются вроде вас.
   Между тем, компания уже подошла к дому Владьки. Во дворе пережевывала жвачку корова, ржал жеребенок. Пахло навозом и пригоревшим молоком.
   Владька важно уселся на лавочке под окнами, остальные – на толстое бревно.
   Молчание нарушил Колька.
   - Знаешь, Владька, если скажешь, где кирпичи, я тебе не то еще дам. Сам увидишь.
   - Нашел дурака! Ничего я тебе не скажу. Проваливай отсюда.
   - Компас отдам, - и Колька вытащил красивый прибор. – Ну, говори!
   Ребята переполошились.
   - Ты что, подарок дяди Андрея! – возмутилась Наташа.
   - Музыканты, - вскочил с бревна Генка, - музыканты, он свихнулся!
   - Где ж это видано? Такую знаменитую вещь, и кому – этому жмоту? – сказал Каланча.
   Владьку затрясло от жадности.
   - Давай сюда, получишь немного кирпичей, - торопливо сказал он.
   …Владька нырнул во двор. В щель забора он стал передавать ребятам кирпичи.
   Через некоторое время, достав тележку, они погрузили добычу и повезли ее в школу.
   Закончилась ли на этом история с компасом?
 (продолжение следует)

Комментарии

Популярные сообщения

Иосиф Дик. Рассказ для детей "Красные яблоки". 1970

...что такое - хорошо, и что такое - плохо?.. (Владимир Маяковский) Валерка и Севка сидели на подоконнике и закатывались от смеха. Под ними, на противоположной стороне улицы, происходило прямо цирковое представление. По тротуару шагали люди, и вдруг, дойдя до белого, будто лакированного асфальта, они становились похожими на годовалых детей - начинали балансировать руками и мелко-мелко семенить ногами. И вдруг...  хлоп один!  Хлоп другой!  Хлоп третий! Это было очень смешно смотреть, как прохожие падали на лед, а потом на четвереньках выбирались на более надежное место. А вокруг них валялись и батоны хлеба, и бутылки с молоком, и консервные банки, выпавшие из авосек. К упавшим прохожим тут же подбегали незнакомые граждане. Они помогали им встать на ноги и отряхнуться. И это тоже было очень смешно, потому что один дяденька помог какой-то тете встать, а потом сам поскользнулся и снова сбил ее с ног. - А давай так, - вдруг предложил Валерка, - будем загадывать: е...

История европейской моды. Ампир

П.-П. Прюдон. Портрет императрицы Жозефины. 1805 год В конце XVIII века во Франции родился стиль, который принципиально отличался от других, более ран­них стилей. Этому способство­вали два эпохальных события: раскопки в Помпеях, которые возродили небывалый интерес к античной истории, и револю­ция, закончившаяся свержением старого строя. Яростное отри­цание всего «старорежимного» наглядно отразилось в моде: женщины отказались от жестких корсетов, огромных юбок, кру­жев, оборок и драгоценностей. Образцом для подражания стали античные женщины в прямых туниках, не сковывающих движе­ний. Белые легкие платья-шемиз дополняли короткими рукавами-фонариками и лентой-поясом, которую завязывали под грудью. После прихода к власти Наполеона новый стиль обрел окончательные черты. Создавая свою империю, Бонапарт грезил Древним Римом, так что ампир («империя» по-французски) стал более величественным и монументальным, с золотым и серебря­ным орнаментом, отсылающим к античным образцам. Женщины в новых на...

Колька и Наташа

Леонид Конторович Часть 3 Глава 20 Кухонные рабочие      В трех котлах булькали щи, на длинных черных противнях, шипя и стреляя, жаоились небольшие куски рыбы. На кухне стояла духота, пахло перегорелым маслом. Старший повар Степан Степанович Кочкин, в прошлом солдат, а ныне одноногий инвалид, сидел на высокой бочке из-под капусты и зорко следил за своими подчиненными. По натуре мягкий, но вспыльчивый, Степан Степанович не терпел небрежности в работе. Поставил он у себя дело на военный лад и строго следил за точным выполнением своих приказов.      ...Вот он заметил непорядок. Красное от жары и пара лицо его сердито задвигалось. Он быстро соскочил с бочки и, стуча деревяшкой, подбежал к крайнему котлу. Так и есть. Повариха, толстая Зинка, не досыпала в котел картошки!    - Сорока-вертихвостка! За такое на трое суток на губу... Колька! Мундиры сняли?    Колька, как и его товарищи, за несколько дней привыкнув к порядкам дяди Степы, вы...

Е. О. Каменева - Знай и умей. Твоя палитра. Учимся рисовать. 1977

Книга учит, как нужно рисовать, как самому сделать этюдник, подготовить холст, бумагу; знакомит с живописью, с творчеством великих художников. Желание передать линиями и красками окружающий мир появилось у человека очень давно. Тридцать тысяч лет тому назад в древнем каменном веке люди не умели ни читать, ни писать, но они умели рисовать. Человек тогда жил охотой на диких зверей и рисовал зверей. В глубине своей пещеры он подбирал уголь от погасшего костра и в полутьме на стенах изображал в натуральную величину бизонов, медведей, оленей  с ветвистыми рогами. Изумляет искусство, с каким нарисованы эти животные. Острота глаз у первобытного человека была необыкновенной – он верно подмечал повадки животных, их движения. Художник рисовал сердце на теле животного и учился попадать в него, стреляя из лука, как в мишень. Рисунки были выполнены углем, красной охрой и темно-красным железняком. Эти краски люди уже тогда умели находить в земле. Первобытные охотники верили, что изображения звер...

Как появилась на русской земле грустная ковыль–трава. Мифы и легенды

Степной ковыль Точно призрак умирающий, На степи ковыль качается,  Смотрит месяц догорающий, Белой тучкой омрачается. (Константин Бальмонт) Ушла с русской земли Морана-зима, сошли снега, прилетели грачи, принесли тепло. Жить бы да радоваться – хлеб сеять, стада пасти на вольной траве... ан нет. Вслед за весенними ветрами пришла на русскую землю беда. Несметные полчища вражин–бусурман налетели на своих косматых конях, поля потоптали, деревни пожгли, мужчин побили, девок да детишек в полон уволокли. Стон стоит по всей земле нижней, что с Дикой степью граничит. Не прошло и малого времени – опять набег, опять кровь да слезы, да дым пожарищ. Кто жив остался, наладили землянки, посеяли, что осталось. И опять прискакал верховой с дальней заставы, что снова вдали пыль клубится да земля дрожит под копытами: "Прячьте детей да баб, отходите в Дальнюю балку!"  (был такой овраг с подземными норами, там издавна прятали детишек да посевной хлеб при набегах). Только не стали люди больше прят...